В царстве болота

   Утренняя Владимирская электричка в 8.16 неспешно понесла нас прочь из первопрестольной. Ярко играя в окнах многоэтажек, восход солнца подавал нам большие надежды, но уже через полчаса на смену пришла обычная хмурая ноябрьская осень. И, слава Богу, что без дождя. И славно, что было тепло: такой ноябрь - большая редкость.

   Первые положительные эмоции: контролёры в электричке даже сдачу дают: с 50 р. на двоих нам вернули десятку. 20 рублёв/чел - стандартная цена.

   "Надыбав в Петушках жратвы, мы ринулись в леса"... А на часах 10.30. Нас догоняют какие-то велосипедисты, пытаясь выяснить, а кто же мы:

- А вы из АВП?

"Да мы все те же туристы, выросшие из драных Петушинских электричек..."

   И поведали нам велосипедисты о похождениях своих по Рязанской области.

   Пройдя мостик через Клязьму, начинаем сверяться с описанием. Так, ага, это вот первый поворот налево? А вот второй. И вот ЭТО второй поворот? А может, тот был не первый? Не понравился нам второй поворот, так что пошли мы до посёлка Клязьминский известным нам путём. Самая быстрая дорога - это известная.

   Перед Клязьминским моё внимание привлекла живописная тропинка, уходящая от дороги влево. Мотивируя тем, что нам, судя по описанию, надо проходить слева от Клязьминского, я предложил свернуть. Полина не оценила мой порыв, и затем, когда мы шли по этой тропке, обращала мой взор на всякий мусор, встречающийся под ногами. Эх, Полина, Полина, но я же из лучших побуждений предпочёл тропу. Ну не ходить же всё время по дорогам! Не удачно в первый раз, согласен, первый блин комом. Но это только начало. Самое интересное-то впереди. И не только тропинки.

   Забрели в Клязьминский. Поблуждали по нему, и вышли на знакомую дорогу-просеку. Перейдя канаву, свернули налево, куда раньше не ходили. И начался тот самый лес, который мне нравится. Дорожка стала поуже и не такая накатанная. Слева и справа сосны, низенькие, густые. И хвойные иголки под ногами. И мхи, и лишайники, и какие-то маленькие росточки, как на Карельском перешейке, - такой приятный лес. И пока сухо под ногами. Пока...

   Вырубка. Просека. Куда? На юг, пойдём на юг. Тропинка повела нас в гущу деревьев, подозрительно спускаясь в низину. Вот и болото, долгожданное болото.

- Полина, ты рада?

- Да, я уже не жалею, что мы снова отправились на поиски Оленьего.

   Полина, конечно, рвалась в болото. Уже хотела надеть сапоги, и вперёд, вперёд... как было решено оставить болото до лучших времён. Успеем ещё. "Настоящие герои всегда идут в обход", - что-то вроде того.

   Сначала пробуем обход с востока. Но получалось всё как-то больше на север, а болотце вида "безграничная лужа" быстро охладило пыл. И на этот раз Полина первой побежала обратно. Вернулись на вырубку.

   О приятном: съели по бананцу и полюбовались картой. Впрочем, мало что информативного она нам сообщила.

   Обход слева привёл нас к успеху. Сначала мы вышли к тому месту, где просека с останками ЛЭП упирается в речку Сеньгу, а, идя вдоль поймы вниз по течению, в надежде обнаружить мост, вышли к повороту направо, к реке сквозь болото. Предвкушая самое интересное, Полина сменила ботинки на сапоги, я же возможности извлечь из рюкзака пару резиновых сапог не имел, зато использовал возможность вытащить на волю фотоаппарат.  

     Разведка не принесла ничего оптимистичного,  поэтому, дойдя до лужи, вернее, до поверхности воды с неопределёнными размерами и глубиной, я снял ботинки. На поверхности плавали брёвна. Полина утешила меня тем, что когда-то эти брёвна не плавали, а лежали.

    Ах вот ты какая, Сеньга! Вот ты какой, мостик! Вооружившись шестом, Полина аккуратно перешла по плавучим брёвнам. Я совершил то же самое.  Сфотографировались. А это, оказывается, была вовсе не Сеньга. Мутная Сеньга только впереди,  берега у неё чётко  выраженные, а через русло перекинут добротный бревенчатый мост. И он над водой! По такому мосту и машина проедет... если доедет.

  Совсем рядом - сосновый лес, но торопиться надевать ботинки не следует. Пока Полина ходила в разведку, "мать сыра земля" под ногами мне успела поднадоесть. Холодно, всё же. Не июль на дворе. А было всё не так весело.  Настоящие подвиги нас только ждали.

   Хорошо натоптанная дорожка через 100 метров привела нас к заводи шириной метров 30. Дорога не кончалась, нет. Она просто проходила по дну этой заводи. Полина кинулась было резво её проскочить, но не тут-то было. Поиски локального обхода тоже не увенчались успехом. Дорога словно говорила  нам: "я же здесь иду, а  вы что ищите?" Делать нечего, ботинки в руки и  вперёд. Через 10  секунд я понял, что идти надо быстрее. А то можно так и вообще не дойти: ноги сводило, и они становились негнущимися и тяжёлыми. И вместе с тем, какими-то неосязаемыми. Я зашагал такими широкими и быстрыми шагами, какими только мог. Полина смотрела на меня и удивлялась. Через пару минут она  почувствовала тоже самое и удивляться перестала. Зато теперь стал удивляться я. Как это мне в январе удавалось купаться в источнике, когда  температура была ещё холоднее, чем сейчас?  Первым делом, выйдя  на берег, я бросил под себя рюкзак и плюхнулся на него. В ногах новые ощущения - сильное жжение. Потихоньку они всё же пришли в себя.

   Ну а затем мы справедливо решили устроить перекус, чтобы отметить переход через Сеньгу и всё с этим связанное.  

   Опять пошёл очень приятный лес. И приятная дорога под ногами. И никаких препятствий. Пока. Ветхий, но ещё не упавший столб-тренога, напоминающий тригопункт, ознаменовал выход к нужной просеке с останками ЛЭП. Мы не стали искать никаких дорог через 500 метров (это даже нам в голову не пришло), а просто ломанулись по просеке. По ней шла тропа, и мы ни о чём не думали. Но вот началось и болотце. Вернее, локальные широкие лужицы.  И не одного столба дальше. То есть не то чтобы ни одного, столбы-то были, но они все мирно покоились на земле.

   Просеку пересекла накатанная грунтовка, и нас это обрадовало. Мы, конечно, продолжили идти по просеке. Вторая дорога нас обрадовала ещё больше.

- Дяденька, уберите собаку! - стала кричать Полина в пустоту, услышав лай и увидев стремительно приближающегося пса. Вместо дяденьки появилась тётенька. Бабулька с рюкзаком подтвердила наши догадки о параметрах местной дорожной сети.

- Поворот будет минут через пять. Там надо взять вправо и идти потом порядком. А как вы Сеньгу переходили-та?

   Всё было правильно. А идти "потом порядком" означало не иначе как "идти потом болотом". Да, это было настоящее царство болота. Classic. И это впечатляло. Сначала - хвойный лесок и лужи местами, дальше дорога наполнялась водой и превращалась в канаву. Сосны сменились редкими чахлыми берёзками и посохшей травой. И конечно же мох, мох, мох... И вдобавок ещё нависающее серое однородное небо. Начинает смеркаться. Тихо. Всё вокруг замерло. Через полчаса мы оказались посредине равнины, местами из земли торчали лишь хиленькие низенькие кривые берёзки, вокруг - жухлая трава, редкий  кустарник, мох, вода, а под ногами набросаны какие-то куски деревянного полусгнившего забора, а также скользкие странные лестницы наподобие деревянного железнодорожного полотна. И конца-края не видать. Кругом вода, скачем с кочки на кочку, сколько ещё нам прыгать? - никто не даст нам ответа.

   Ура! Ура! Ура-а-а! - закричала Полина, разглядев едва заметную светло-серую полосу на горизонте. Это было ОНО. Озеро Оленье.

   Мы подошли ближе. Ровная неподвижная гладь озера отражала редкие сосны и наши лица. Вода тёмная, этакая бездна, - так всегда бывает в болотистой местности на торфяниках. Берега узкие, поросшие пожелтевшей травой и, кое-где, скудным кустарником. Тишина, никем и ничем не нарушаемая. Стало ясно, почему Ирина так мечтала попасть сюда. Увы, но на этот раз она не составила нам компанию.

   На часах - 4, начинает темнеть. Пора нам подумать о том, как и куда отсюда выбираться. Решили обогнуть озеро, выйти на грейдер (тот, на который мы в прошлый раз не попали) и продолжить путь в Дорофеево. Мне пришла в голову мысль: "Это кем же надо быть, чтобы промахнуться мимо такого водяного круга диаметром в километр?"

   А озеро оказалось  не такое уж и затерянное.  Разбросанные консервные банки, бутылки и упаковки от бич-пакетов вернули меня с небес на землю. Увы, человеческое присутствие чувствовалось здесь на каждом углу, а точнее на каждом пятачке, где только можно было поставить палатку. Обидно. Идти через лес и болота, не встретить ни души, а в конце концов наткнуться на горы мусора, оставленные в своё время этими несознательными человеками.

   На южном берегу озера мы заметили тропку, уходящую в сторону грейдера. Перед тем как покинуть озеро, решили приготовить чай, а заодно ещё хотя бы на чуть-чуть задержаться в этом сказочном уголке. И место, где мы расположились, было хоть и обжитое, но чистое. Набрав воду в котёл, я заметил, что не очень-то она и чёрная. Только лишь слегка коричневая. Полина принялась нарезать хлеб и намазывать бутерброды, пока я разводил примус. Чай не заставил себя долго ждать.

   Темнело и нам следовало поторопиться. Тропка повела нас на юг, сначала сквозь лес, а затем мы попали на болото. Воды становилось всё больше и больше. Сперва удавалось идти по кочкам, и даже ботинки не намокали, но халява продолжалась не долго.

- Get on swamp , Полина!

   Полина только застонала. Стоило лишь опустить ногу, как мох моментально проседал, ноги проваливались, и вода грозилась заскочить Полине в сапог. Кочки не выручали. Каждый свой шаг, когда нога стремительно сплющивала кочку и погружалась в воду, Полина озвучивала. Я же вскоре стал менее разборчив: стемнело, ботинки промокли окончательно, и тратить время и силы на тщательный выбор места, куда сделать очередной шаг, прекратило иметь всякий смысл. Зато я осознал, что вода наливается в ботинок не в то время, когда он погружается в болото. И даже не в тот момент, когда он скрылся под водой. А именно тогда, когда нога из болота извлекается. В этот момент вода стремительно наливается в ботинок, как будто включается мощный насос. Тем временем Полина жаловалась, что мы уже два километра прошли, а так никуда ещё и не пришли. И что становится всё только хуже и хуже.

- Зато твоя мечта сбылась, - успокаивал я Полину, - озеро Оленье увидели, а теперь даже по настоящему болоту идём.

   Но Полина волновалась, что идём мы вовсе не туда, не на юг и не к грейдеру, а куда-то там ещё. Компас же показывал, что идём мы правильно.

- Тропинка ведь вывела нас на просеку, вот и идём мы по ней. Идём прямо, строго на юг, всё правильно. Что, не видно просеки?

   Да, а вы попробуйте разглядеть просеку на болоте. Вместо леса - мох и редкий хилый кустарник. Хорошо представили себе, как выглядит просека в таком ландшафте?

   Испытания должны были когда-нибудь закончится, и вот, преодолев канаву, кто по плавучему бревну, а кто и по колено в воде, мы провозгласили выход на твёрдую поверхность. Грейдер, однако, мог называться так лишь условно. Хилая грунтовка, местами заросшая кустарником, местами утопающая в лужах, несмотря на все свои недостатки, несказанно нас обрадовала. Тем более что дальше на восток она улучшалась. Теперь выход в цивилизацию был не за горами.

   Окончательно стемнело. Уворачиваясь от веток и натыкаясь на лужи, мы дошли до очередной просеки, и я решил идти по ней: так можно было сократить путь на пару-тройку километров. Но Полина воспротивилась: "Если Серёга предлагает срезать, то ничего хорошего не жди... Ну, то есть, это я не именно про тебя, Серёга - это вообще, просто как имя..." Я подумал, что если любой человек по имени "Серёга" предлагает срезать путь, то это обязательно приведёт к трудностям, и лучше за ним не следовать, а если, например, Вася, - то можно, проблем не будет. Такая вот теория. И не прикопаешься.

   У вас есть какой-нибудь любимый лесной маршрут? Вам надоело ходить по нему? Тогда, мой вам совет: пройдите по этому пути ночью - вы почувствуете, что попали в новое место. Вот и мы шли по дороге на Дорофеево, но сильно сомневались в этом. Я ничего не узнавал, Полина тоже была бы не прочь встретить какой-нибудь знакомый ориентир. Мои доводы типа "все дороги ведут в Дорофеево", разумеется, не давали ей повода для беспокойства. И в конце концов мы всё-таки вышли на знакомую вырубку (даже если бы это была и не она, мы непременно бы убедили себя в обратном). Но всё же знакомый деревянный столик и шлагбаум встретить хотелось...

   Шлось хорошо, вот только полосы песка и лужи мы частенько путали со всеми вытекающими отсюда последствиями. Ноги периодически считали удары о валяющиеся на дороге брёвна, а при обходе луж ветки деревьев норовили заявить о себе нашим лицам. В один момент впереди замаячило оранжевое пятно, похожее на восходящую полную луну, но это оказался грузовик. Полина с огорчением для себя узнала, что он сегодня никуда не поедет. Мужики также сообщили, что до Дорофеево осталось лишь 8 километров. Наконец, впереди красными огнями замаячила ретрансляционная вышка, предвещавшая скорый выход из леса.

   На трассу мы вышли в 21.20, в это время дня плюс в такое время года уже никто по дороге не ездил. Только запоздалый трактор возвращался в свою деревню. Лес и болота позади. Я вдруг подумал, что можно Алексею Ворову из ПЛАС предложить на очередных гонках организовать КП где-нибудь на южной оконечности озера Оленьего. Лёша любит всякие приколы...

   Асфальт. Как непривычно. Я переоделся в чистую и более подходящую для этого времени суток одежду, и мы пошагали в сторону Савинской. Там, через 6 км будет трасса Шатура-Дулёво-Москва, и мы ещё надеялись по ней уехать. Пока шли, проехало три машины, но желанием нас подобрать ни одна из них не отличилась. В Савинской удача нам тоже не улыбнулась. Особого увеличения потока мы не заметили. За 2 часа проехало машины четыре. Одна из них вроде бы и решила остановиться, но, видимо, испугавшись тёмного силуэта Полины, уехала. Зато приехали какие-то местные нетрезвые парни. Привлечённые моим фонариком и удивлённые, они выслали делегата пообщаться с нами. Увидев, что в наших скромных рядах есть девушка, он обратился к ней.

- Как дела, киска?

- Я не киска, - парировала Полина.

- Я поговорю с девчонкой, ладно?

- Ну это уж смотря о чём, - вмешался я, и вскоре молодёжь удалилась, выяснив (и несказанно удивившись), что мы пришли пешком из Петушков и желаем уехать в Дулёво. От удивления они даже хотели отвезти нас за деньги, и Полина, как я понял, была готова отдать хоть всю оставшуюся наличность, но вид парней смущал её.

   Близилась полночь, наступало время принимать решение, что же делать дальше. Если бы Полина не рвалась в Москву (ей завтра с утра надо было идти к врачу), мы бы, конечно, заночевали в Дорофеево (нашли бы вписку, в полдесятого - это не проблема), теперь уже искать вписку было как-то поздновато. Да, палатку, разумеется, мы не взяли, так как изначально планировали ночевать дома. Но не жить же всю ночь на остановке! Полина, тем временем, уже завалилась спать на лавочке, свернувшись клубочком. Я решил установить deadline в 0.30. До этого времени ждём, а затем, если не уезжаем, идём вписываться...

   Фонарей в посёлке было много, и даже лампочки в них горели, никак Лужков и до сюда добрался. Полина предлагала стучаться во все дома подряд с криками "пустите переночевать", но я не одобрил этой идеи. Мы походили минут 15 по посёлку, и вариантов ночлега пока не просматривалось. Это, быть может, звучит парадоксально, но я немного сомневался в обретении вписки и в то же время я был уверен в успехе (а как же иначе?). Полина, казалось, только сомневалась. Но хоть ты к Лёше Ворову приставь чайника, издёрганного, нервного и не во что не верящего, да хоть двух сразу, всё равно такой экипаж рано или поздно уедет. А если Лёше дать в пару другого гонщика высокого класса, Вовку Шарлаева, например, то они... не исключено, что и переругаются. Нас всё же ждала скромная победа.

   Совершая обход посёлка, мы наткнулись на одного из тех представителей бодрствующей по ночам молодёжи, что познакомился с нами не далее как полтора часа назад. На этот раз он был с двумя какими-то девицами. Парень огорчился, что мы так и не уехали, и решительно заявил, что его долг - найти нам вписку. Далее состоялся примерно следующий диалог:

- Вы пойдете ночевать к Гоше.

- А Гоша знает?

- Сейчас узнает.

- А он против не будет?

- Не будет.

- А он знает, что он не будет против?

- Мы ему скажем.

   Пришли в квартиру. Не ахти, конечно, но в данной ситуации вписку можно оценить на ***. Мне показалось, что было очень даже тепло, но Полина к утру всё же замёрзла. Да и я был бы не прочь обрести одеяло потолще. Или хотя бы обрести то, что есть, но более основательно.

   Полина заблаговременно умудрилась разузнать, что в пять утра будет автобус на Москву, и вот настал тот момент, когда её телефон заставил нас пробудиться. Я снял повешенные 4 часа назад носки с холодной батареи - они почему-то успели высохнуть. Но как только я погрузил ноги в ботинки, носки снова намокли. Разбудили Гошу и сообщили ему, что мы его гости и скоро уходим. Он удивился.

   К остановке потихоньку стягивались люди. Было 5 часов утра. Я голосовал редким утренним машинам, но они не останавливались. Через 15 минут пришёл автобус, и Полина не могла избежать соблазна на нём уехать. Мои слова, что автобус застрянет в пробке перед Москвой, и рекомендации выйти где-нибудь в Орехово-Зуево или Фрязево и оттуда продолжить путь на электричке на неё не подействовали. В результате, ни к какому врачу она не успела.

   Автобусная остановка опустела, но не надолго. Минут через 20 собралась новая порция людей; они уехали на автобусе, идущем в Орехово-Зуево. В 5.55, когда начала собираться третья партия людей, я уехал на "шестёрке", причём этим воспользовался один из местных, оказавшийся неподалёку, - он подсел к нам в машину.

   Машина, как это довольно часто бывает, шла в Москву. "Тюлень" вышел в Дулёво, а я планировал выйти во Фрязево или на какой-нибудь другой ж/д станции ближе к Москве, чтобы избежать "пробок". Но водитель оказался интересным человеком, тоже любил леса, озёра и болота, поэтому разговора нашего хватило бы не на одну сотню километров. Так что ни во Фрязево, ни на о/п 33 км я не вышел. До Люберец долетели быстро - где-то за час с четвертью, ну а дальше - все прелести утреннего дорожного движения. На МКАДе я оказался только в 8. Машины ехали не быстрее, чем я шёл, поэтому я принял решение отказаться от дальнейшего движения на автотранспорте и решил пересесть на ж/д. Прогулялся 3 км пешком до станции Косино, но и здесь меня ждали "пробки". В первую электричку я поместиться не смог. И это была электричка не из Голутвина и не из Воскресенска. А всего лишь из 47-го километра. Через пять минут пришла вторая электричка "47 км", более свободная.

   На Ярославском вокзале меня тоже ждали всякие сюрпризы в виде отмен электричек, но они уже не могли испортить настроение. Ведь за спиной почти полусотня только что пройденных километров по таким чудесным местам, куда мне ещё не раз захочется вернуться.